Среда, 02 мая 2018 09:02

ЮРГИС БАЛТРУШАЙТИС

 ЮРГИС КАЗИМИРОВИЧ БАЛТРУШАЙТИС

2 мая 1873 – 3 января 1944

 

Ныне и присно

А. Скрябину

Все, что трепещет иль дремлет

В тайном кругу бытия,

Строго от века объемлет

Мера моя.

 

Слитность и вздох одинокий,

Колос и цвет на лугу —

Смертные грани и сроки

Я стерегу.

 

Тот, кто в незнаньи беспечен,

Тот, кто прозреньем томим —

Каждый незримо отмечен

Знаком моим…

 

Правя земною игрою,

Вскинув-смиряя волну,

Я разрушаю и строю,

Сею и жну.

 

Солнце в светающем небе,

Искра в ночной тишине —

Каждый раскрывшийся жребий

Замкнут во мне.

 

Грянув, как молот суровый,

В вечном и тщетном бою,

Я расторгаю оковы,

Цепи кую.

 

Мука влекомых на плаху,

Ласка мгновений людских,

Все умолкает по взмаху

Крыльев моих!

 

 

 

Мой храм 

 

Мой светлый храм — в безбрежности

Развернутых степей,

Где нет людской мятежности,

Ни рынков, ни цепей, —

Где так привольно, царственно

Пылает грудь моя

Молитвой благодарственной

За чудо бытия…

 

Мой тайный храм — над кручами

Зажженных солнцем гор,

Мой синий храм за тучами,

Где светел весь простор,

Где сердцу сладко дышится

В сиянии вершин,

Где лишь туман колышется

Да слышен гул лавин…

 

Моя святыня вечная —

В безгранности морской,

Где воля бесконечная —

Над малостью людской,

Где лишь тревога бурная

Гремит своей трубой,

Где только высь лазурная

Над бездной голубой…

 

  

* * *

Я видел надпись на скале:

Чем дальше путь, тем жребий строже,

И все же верь одной земле,

Землей обманутый прохожий…

 

Чти горечь правды, бойся лжи.

Гони от дум сомненья жало

И каждой искрой дорожи —

Цветов земли в Пустыне мало…

 

Живя, бесстрашием живи

И твердо помни в час боязни:

Жизнь малодушному в любви

Готовит худшую из казней.

  

Отчизна

 

Я родился в далекой стране,

Чье приволье не знает теней…

Лишь неясную память во мне

Сохранило изгнанье о ней…

 

Знаю… Замок хрустальный стоял,

Золотыми зубцами горя…

И таинственный праздник сиял,

И цвела, не скудея, заря…

 

Помню, помню в тяжелом плену

Несказанно ласкательный звон,

Что гудел и поил тишину,

И баюкал мой трепетный сон…

 

И средь шума забот и вражды,

Где я, в рабстве, служу бытию,

Лишь в мерцаньи вечерней звезды

Я утраченный свет узнаю.

 

Оттого я о дали родной

Так упорно взываю во мгле, —

Оттого я, в тоске неземной,

Бесприютно влачусь на земле…

 

  

 

Ступени

 

Мы — туманные ступени

К светлым высям божьих гор,

Восходящие из тени

На ликующий простор…

 

От стремнины до стремнины —

На томительной черте —

Все мы гоним сон долинный,

В трудном рвеньи к высоте…

 

Но в дыму нависшей тучи

Меркнут выси, и блажен,

Кто свой шаг направил круче

По уступам серых стен…

 

Он не слышит смуты дольней,

Стона скованных в пыли,

Перед смелым все привольней

Глубь небес и ширь земли…

 

Дремлет каплей в океане

Мир немых и тщетных слез, —

Мудр, кто в тишь последней грани

Сердце алчное вознес!

 

 

 

Кормчий

 

В ярости бурь, в океане,

Старец седой у руля

Держит в бестрепетной длани

Жребий и бег корабля…

 

В строгом служении дали,

Вечны в случайности дней

Древние пальцы из стали,

Пламя под снегом бровей…

 

В беге сквозь пену, сквозь брызги,

Взрытые синею тьмой,

Строен в их свисте, в их визге,

Кормчий глухой и немой…

 

Только в смятении диком

Вскинутых к небу валов

Чудится, слитый с их криком,

Хохот проклятья без слов…

 

Волею, с бурей союзной,

Мчит молчаливый Старик

Утлый, громоздкий и грузный,

Дрожью охваченный бриг, —

 

Мощью, не знающей меры,

В море, не знающем дна,

Гонит Он трепет Галеры

К берегу мира и сна…

 

 

 

AVE, CRUX 

 

Брось свой кров, очаг свой малый, 
Сон в тоскующей груди, 
И громады скал на скалы 
В высь немую громозди...

                

Божий мир еще не создан, 
Недостроен божий храм,— 
Только серый камень роздан, 
Только мощь дана рукам.

 

Роя путь к твердыне горной, 
Рви гранит, равняй холмы,— 
Озари свой мрак упорный 
Искрой, вырванной из тьмы...

 

Пусть взлелеет сны живые 
Отблеск творческой мечты, 
И чрез бездны роковые 
Перекинутся мосты...

 

Лишь свершая долг суровый, 
В миры лени, праздной лжи, 
Ты расширишь гранью новой 
Вековые рубежи...

 

Лишь предав свой дух терпенью, 
Им оправдан и спасен, 
Будешь малою ступенью 
В темной лестнице времен...

 


* * *

Мне голос был средь смертной яви —

Свой Посох крепче обойми,

Ведь ты лишь гость в земной забаве,

И плачешь в мире не с людьми…

 

Твой путь бездомный не отсюда,

Один мужайся и бреди,

И обретешь рожденье чуда

В твоей тоскующей груди…

 

Сквозь свет, сквозь слезы в час метельный,

В скитаньи мужествуй, доколь

У грани дали беспредельной

Не станет вешним цветом боль.

 

 

Видение

А. Скрябину

 

Мелькает некий Храм святой

Сквозь дым времен…

От мира огненной чертой

Он отделен…

 

Его святые алтари —

Как звездный щит,

Где ярче утренней зари

Потир горит…

 

Все пенье наших дум и слов,

Наш смертный жар,

В хвале его колоколов —

Один удар…

 

От слуха скованных в пыли

Их звон далек…

И ропот дня и гул земли

Его облек…

 

И вечность горьких ступеней,

Сквозь пыль, сквозь тьму,

Из мира скорби и теней

Ведет к Нему.

 

И лишь ценою всех тревог,

Всех слез, потерь,

Увидит мир Его порог,

Откроет дверь…

 

 

 

 

 

 

Поделиться в соц. сетях

Оцените материал
(1 Голосовать)

Другие материалы в этой категории:

Предыдущая статья ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ МЕДИТАЦИИ (2 часть)
Следующая статья МУЗЫКА И ДУХОВНЫЙ МИР ЧЕЛОВЕКА

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены